Сьогодні
Середа 18 Липня 2018

Юзеф Верещинский: творивший историю — и уничтоженный ею

Юзеф Верещинский: творивший историю — и уничтоженный ею

Так уж повелось в людской истории, что некоторые суждения, весьма спорные по своей сути, получая поддержку неосведомленного большинства, переходят в состояние аксиом, не требующих детальных объяснений и доказательств.   Например, установившееся в XIX веке презрительное отношение к киевским бискупам (католическим епископам времен Речи Посполитой), как к людям злым и алчным, только и думавшим, как ловчее притеснить православных, отобрать их земли и имущество.

Так уж повелось в людской истории, что некоторые суждения, весьма спорные по своей сути, получая поддержку неосведомленного большинства, переходят в состояние аксиом, не требующих детальных объяснений и доказательств. 

Например, установившееся в XIX веке презрительное отношение к киевским бискупам (католическим епископам времен Речи Посполитой), как к людям злым и алчным, только и думавшим, как ловчее притеснить православных, отобрать их земли и имущество.

Но такое мнение, подкрепленное известиями об притеснениях в первую половину XVII столетия, верно лишь отчасти. Оно сложилось на основании суждений о временах, когда католическая шляхта, одуревшая от безнаказанности, окончательно потеряла связь с действительностью и собственными действиями оттолкнула жителей русинских воеводств от Речи Посполитой.

Однако совсем иначе представляется ситуация конца XV и почти всего XVI столетий. После образования Крымского ханства и участившихся набегов татар Киев фактически стал прифронтовым городом. Особенно памятным выдался 1482 год, когда Киев был полностью сожжен крымским ханом Менгли I Гиреем и превратился из крупного торгового центра в захудалое местечко. Понадобилось более ста лет, чтобы хоть как-то отойти от пережитого потрясения, но даже тогда жизнь забурлила отнюдь не во всех частях бывшего мегаполиса, а только на получившем Магдебургское право Киевоподоле да на Замковой горе, где находилась резиденция воеводы.

Разумеется, в такой сложный регион — прифронтовой, ла еще и с проблемной экономикой — власти назначали людей толковых и деятельных, способных сплотить вокруг себя различные, зачастую противоречивые силы. Среди плеяды этих грамотных администраторов XVI века особо выделяется Юзеф Верещинский (ок. 1530–1598), возглавлявший киевскую католическую епархию в 1589–1598 годах.

Уроженец Холмской Руси, он происходил из старинного русинского дворянского рода, который однажды, как казалось всем, предал один человек — Андрей Федорович, отец Юзефа. Верещинский-старший принял католицизм, однако, сменив веру, не отрекся от своих корней, всю жизнь пытаясь доказать родне, что хоть и стал католиком, но по-прежнему является русином, а не "презренным ляхом" (из речи Юзефа Верещинского, произнесенной над могилой отца в 1580 году).

верещинский_1

Точно так же в любви к русинству обучал Андрей Федорович и своих сыновей. В частности, Юзефа, на которого огромное влияние оказал также школьный преподаватель в Красноставе, местный католический проповедник Михаил Радрузиан. После наставлений отца, и особенно учителя, Юзеф принял духовный сан. Чем занимался Верещинский следующие четверть века — история умалчивает: впервые о нем упоминается в хронике 1579 г. как о канонике Холмской капитулы, который пользовался громадным авторитетом.

Зарекомендовав себя как имеющий глубокие познания ученый и как обладающий завидной энергией, предприимчивостью, а также деловой хваткой администратор, в 1581 г. он принял руководство Сецеховским бенедиктинским монастырем (ныне село Сецехув Козеницкого района Мазовецкого воеводства, Польша), причем оставался его аббатом вплоть до смерти.

Деятельность Верещинского была весьма разностороння. Он внимательно относился к имущественным делам обители, стремился разрешить в ее пользу все накопившиеся в прошлом тяжбы, старался поднять ликвидность монастырских имений и не злоупотреблять правом аббата на доходы. В результате грамотного хозяйствования финансовое состояние обители улучшилось настолько, что в 1588 г. для отражения татарских набегов она без труда смогла выстроить на своей территории замок и ежегодно тратить на его содержание более 100 злотых. Более того, монастырь, по настоянию Юзефа, начал оказывать материальную помощь Краковскому университету.

Дальновидность Верещинского прослеживалась во всем, благо задора у него хватало на самые разнообразные начинания. К примеру, занимаясь хозяйством Сецеховского кляштора, он успевал уделять время и литературным занятиям, отмечаясь в своих работах простым, кратким и ясным языком. Не случайно его произведения снискали популярность. "Ежедневная проповедь", "Инструкция или наука об исповеди", "Проповедь о святости брака" — все эти сочинения, изданные в Кракове в 1585 г., стали настольной книгой многих католических проповедников.

Наконец, грамотные шаги Верещинский предпринимал и в политике. Хотел он того или нет, но пост аббата вынуждал Юзефа вращаться среди элиты Речи Посполитой, что автоматически предполагало принадлежность к той или иной политической группировке. И Верещинский, конечно же, не прогадал, выбрав в качестве своего покровителя будущего короля Сигизмунда III Вазу (коронован в 1587-м). Спустя два года после избрания монарх отблагодарил своего сторонника, дав ему киевское бискупство. Конечно, без связей не обошлось, но, отправляясь в Киев, Юзеф знал: эту должность он заслужил в первую очередь собственными трудами.

верещинский_2

Верещинский нашел Киев в запущенном, полуразрушенном состоянии. Особо поразили епископа развалины Софии. "Господь Бог пятьсот церквей греческой веры в одном Киеве не только смешал с землею, но и отдал иные на логовища медведям, волкам, скотам, собакам и свиньям. Самый митрополичий храм в Киеве, посвященный святой Софии, которая представляет единственное чудо в свете, оскверняется берлогами разных зверей... Эта святыня в настоящее время не только сделалась помещением рогатого скота, но и теряет свои украшения от дождей, проникающих сквозь дырявую крышу. Кое-где и стены начали уже падать…", — так писал он в одном из своих посланий Сейму.

И тут бискуп, дитя своей эпохи, сделал шаг, не красящий его с позиций века XXI, но абсолютно естественный в XVI: он прибрал к рукам то, что "плохо лежало". Пользуясь слабостью православного духовенства и киевоподольского магистрата, подделав документы на право католиков владеть Щекавицей, он включил гору в состав владений католического епископства. Дальше — больше, Верещинский замахнулся на святая святых православия — Софию Киевскую, и, судя по всему предыдущему опыту, превратил бы и святыню в католической собор. Но на это у Юзефа банально не хватило времени. Не отвлекайся столь существенно Верещинский, его экспансия наверняка обрела бы легендарный статус.

Чем же таким серьезным занимался Юзеф? Ответ прост: он выполнял обязанности, возложенные в XVI в. на всех высокопоставленных чиновников южного пограничья: защищал родину от татарских набегов и притязаний московского царя. Уже далеко не молодой, Верещинский сам садился в седло и возглавлял походы против неприятеля. Своим мужеством, стойкостью и энергией епископ-воин заслужил уважение новой, едва выходящей на политическую арену силы — казачества. Симпатии были обоюдными, не случайно бискуп стал самым последовательным заступником и адвокатом казаков перед Сеймом и королем. В частности, Верещинский постоянно выступал против репрессий по отношению к казакам, принявшим участие в восстании Криштофа Косинского.

Но не казачеством единым. Бискуп пользовался огромной популярностью и среди киевского мещанства, и это даже после земельных захватов, совершенных им под знаменем католицизма!

А ведь однажды благосклонность к нему с обеих сторон сыграла ключевую роль, причем в тот момент, когда, казалось, все должно было развалиться.

В 1593 г. четырехтысячный отряд запорожцев в ходе восстания Криштофа Косинсского с артиллерией подступил к Киеву (В конце XVI в. ни о каком согласии и слаженных действиях разных сословий Украины и речи быть не могло — стандартная ситуация средневековья.) Киевские шляхтичи, собравшиеся в это время на рочки (регулярные местечковые шляхетские съезды), почуяв неладное, под разными предлогами поспешили убраться из города. И пришлось Верещинскому взять на себя опасную миссию переговорщика. Он с немногочисленной свитой выехал навстречу казакам. Чтобы наступавшие не приняли их за лазутчиков, епископ приказал играть псалом Давида "Воспою Господу в жизни моей". Таким образом, начав переговоры с церковного пения, бискуп сумел не просто помирить казаков и киевлян, но и добиться обмена письменными договорами, гарантировавшими вечный мир и обязательство казаков охранять Киев от любых бед.

верещинский_3

Пользуясь огромным влиянием, постоянно занимаясь обороной и обустройством края, Верещинский разработал ряд проектов, которые бы позволили поднять уровень развития региона на небывалую высоту. Особо выделялись среди них три.

Первый касался непосредственно Киева. Верещинский предлагал учредить в пустующем Старом Городе и на Щекавице два поселения, наделить их землями и правами, аналогичными киевоподольским. Это должно было повысить обороноспособность всего города и в дальнейшем улучшить его экономическое положение.

"Киев своими прекрасными и изящными постройками будет служить образцом для других городов, защита границ сделается более надежною, столица бывшего княжества Киевского на вечные времена будет защищена огромными валами, за этими валами, как за лучшею стеною, будут навсегда обезопасены не только вся земля русская, но и вся корона польская".

Второй проект был еще более масштабным. Верещинский предложил создать на Левобережной Украине казацкое княжество, вассально зависимое от Речи Посполитой. Согласно плану, новое государство должно было простираться от Переяславля (ныне Переяслав-Хмельницкий) и Лубен на юге до Радомля и Мстиславля (сейчас в Могилевской области, Беларусь) на севере; казаки уравнивались в правах с польской шляхтой. Княжество делилось на тринадцать полков — административно-территориальных районов. Управлял ими, по замыслу Верещинского, тандем князя и гетмана. Князю отводились функции политического представительства и главы неказацкого населения, гетман же отвечал за военную сферу и управлял казаками. Главной задачей державы являлась защита южных рубежей Речи Посполитой от татар. Кроме того, казацкое княжество превратилось бы в буферную зону между внутренними областями Польши и Московским царством, чьи аппетиты не вызывали сомнений.

Третий проект: превращение Фастова, который он назвал Новый Верещин, в цветущую резиденцию епископа. Его поразил край: "Все вокруг очень веселое и урожайное: того скота, зверей, разнообразной птиц, рыбы.., которые служат человеку как живность, такой большой достаток и щедрость, что, кажется, именно здесь родились Церера и Диана"). Верещинский укрепил замок и заселил ближайшие села.

Скажем и еще о ряде проектов неугомонного епископа. Как пишет известный историк Елена Русина, "з огляду на їхній (казаков — В.М.) військовий потенціал та приязні стосунки з Верещинським не дивно, що той почав убачати в козацтві силу, здатну бодай частково реалізувати його грандіозні задуми" (О.Русина, В.Горобець, Т.Чухліб, "Незнайома Кліо"). Какие проекты? В условиях постоянного натиска турок-осман и их союзников, крымских татар, на приграничные земли Речи Посполитой, конечно же, — окончательное "огосударствление" казаков как реальной силы, которая могла на равных сражаться с воинами ислама. Также епископ хотел создать рыцарский орден на Заднепровье по типу ордена крестоносцев, и даже намеревался отдать принадлежавшие ему земли на Заднепровье под реализацию проекта… В своем произведении "Droga pewna" епископ (весьма плодовитый писатель!) обосновал еще один проект: реорганизации Войска Запорожского на принципах территориального наемного войска для обороны рубежей государства.

Готовя свои многочисленные проекты, епископ наполнил новым этнополитическим смыслом термин "украинский народ". В те времена название "Украина" являлось географическим понятием, характеризующим земли Киевщины, части Волыни и Подолья. Население этого региона имело самоназвание "русинский народ". Кроме того, распространены были региональные идентификации: "подоляне", "волыняне" и т.п., но Юзеф сумел переступить через устоявшиеся стереотипы общественного сознания. В противовес им бискуп вывел как новую историческую категорию "народ украинский христианский". Этот момент в его суждениях по своей новизне означал масштабный историографический сдвиг, одно из первых звеньев в будущей борьбе украинцев за свою самоидентификацию и независимость. Идеи Верещинского могли вершить историю. 

К сожалению, проекты бискупа так и не нашли поддержки при польском дворе. Прошло совсем немного времени, и под влиянием потрясений XVII века украинцы забыли, с каким уважением относились их предки к этому незаурядному человеку. Увы, но в отечественную историю он вошел, прежде всего, как католический епископ, отобравший у православных Щекавицу и тем самым положивший начало расцвету бискупщины. Верещинский провел очень много кампаний и стоял на пороге еще более громких, но запомнился киевлянам почему-то только этой…

Коментарі

Коментарів немає - Ваш буде першим!

Авторизуйтесь щоб коментувати: Авторизуватись через Twitter Авторизуватись через facebook Авторизуватись через google Авторизуватись через vk Авторизуватись через odnoklassniki Авторизуватись через mailru Авторизуватись через yandex

 

Увійти: Авторизуватись через Twitter Авторизуватись через facebook Авторизуватись через google Авторизуватись через vk Авторизуватись через odnoklassniki Авторизуватись через mailru Авторизуватись через yandex

Новини

Вівторок, 17 Липня

Новости партнеров

Твіттер

Ми в соціалках

Патріотам України!
Сайт зроблений таким чином, щоб кожен з Вас, може наповнювати його своїми думками, ідеями, новинами, блогами, аналітикою та іншим. Сайт УКРОП спрямований на акцентування уваги на проблемах розвитку нашої країни і підтримки нашої армії.
Допомогти проекту